Глава 35 - «Рамаяны»

Глава 35

Сумантра упрекает Кайкейи


Правитель тряс головой, нередко вздыхал, заламывал руки, скрипел зубами, с очами красноватыми от гнева, у него опять начался сильный приступ горя, лицо его утратило собственный естественный колер. Глубоко расстроенный Сумантра, видя, что Глава 35 - «Рамаяны» творится с мозгом Дашаратхи, наточенными стрелами собственных слов пронзил сердечко Кайкейи, стоявшей недалеко. Раскалывая ей душу своим схожим грому обвинением, беспрецедентным и неумолимым, министр обратился к ней:

О королева, раз ты настолько Глава 35 - «Рамаяны» вероломна по отношению к царю Дашаратхе, правителю мира и всех передвигающихся и недвижных созданий, означает, нету на свете злодеяния, которое ты не способна была бы совершить! Я полагаю, ты станешь предпосылкой Глава 35 - «Рамаяны» погибели собственного жена и в конце концов всего рода! Своим отвратительным поведением ты мучаешь его, непобедимого как Махендра, неколебимого как гора и неодолимого как океан! Не выражай презрения к Дашаратхе, собственному супругу и Глава 35 - «Рамаяны» благородному властелину! Желания супруга для дамы стоят тыщи отпрыской! Согласно традициям этой династии, старший отпрыск становится преемником отца, а ты пытаешься поменять это и требуешь, чтоб твой отпрыск Бхарата правил Глава 35 - «Рамаяны» землей. Но все мы уйдем за Рамой; ни один брахман не пожелает остаться в твоем королевстве, – так аморально ты поступаешь! Все мы последуем за Рамой! Отвергнутая родственниками, брахманами и добродетельными людьми, какого счастья Глава 35 - «Рамаяны» ты достигнешь, нелегально захватив трон и очевидно поправ закон, в каком ты хочешь участвовать, о королева? Умопомрачительно, что земля еще не разверзлась от грубого нарушения, в каком ты виновата, либо Глава 35 - «Рамаяны» что ужасные проклятия величавых брахмариши, подобные горящим стрелам, еще не убили тебя, потребовавшую изгнания Рамы! Может быть ли, срубив топором дерево манго и посадив ореол, получить сладкие плоды? Нрав ребенок наследует от мамы Глава 35 - «Рамаяны»; молвят, что “из ореола мед не течет”. Твоя мама родилась под несчастной звездой, мы знаем, до этого мы слышали об этом. Благородный аскет даровал папе твоему замечательное благословение, с помощью которого он стал осознавать Глава 35 - «Рамаяны» язык всех божьих созданий.

В один прекрасный момент, лежа в кровати, отец твой услышал крикливые слова желтого муравья и, разгадав их смысл, звучно рассмеялся. Мама твоя разгневалась и пригрозила Глава 35 - «Рамаяны» лишить себя жизни: “О мой любимый, о правитель, я желаю знать причину твоего хохота!”

Монарх отвечал королеве: “Если я скажу, почему смеюсь, непременно, я умру в тот же миг”. Назойливая королева, настаивая Глава 35 - «Рамаяны» в собственном, опять обратилась к супругу: “Я желаю выяснить причину, пусть даже ценой твоей жизни; не глумись нужно мной!

Подстрекаемый лаского возлюбленной женой, правитель Кекейя поведал все тому, кто даровал ему благословение, и аскет отвечал Глава 35 - «Рамаяны» царю: “Непринципиально, умрет ли она либо покинет тебя, ничего не открывай ей, о правитель!” Сударь прислушался к этим словами и немедля выгнал твою мама, став счастливым, как Кувера. Ты тоже Глава 35 - «Рамаяны», следуя методом зла, ошеломила царя собственной порочностью, заставив его вступить на неправедный путь. В народе молвят: “Сыновья походят на отца, а дочери – на мама”, и я вижу это. Пусть это не Глава 35 - «Рамаяны» относится к для тебя; сделай, что гласит для тебя правитель, исполни желание собственного жена и защити людей, не поддавайся злу и не позволяй супругу собственному, схожему главе богов, властелину земли, допустить эту несправедливость.

Это Глава 35 - «Рамаяны» нелегально, что правитель, престарелый монарх Дашаратха с лотосными очами уступает твоему желанию, хотя он идеален. Пусть его старший отпрыск, благородный, бдительный заступник всего живого, верный своим обетам, доблестный Рама воспримет корону! Ужасное Глава 35 - «Рамаяны» проклятие ты навлечешь на весь мир, о королева, если Рама уйдет в лес и покинет собственного отца, царя. Пусть Рама правит королевством; оставь свои притязания; только Рагхава вынесет твое присутствие в столице Глава 35 - «Рамаяны». Если Рама вступит на трон, правитель Дашаратха, этот храбрый лучник, сумеет удалиться в лес, чтобы остаток жизни провести в медитации!

Так безжалостно и в то же время мягко Сумантра со сложенными ладонями Глава 35 - «Рамаяны» в присутствии царя пробовал вразумить Кайкейи, но королева не позволила ужасу либо жалости тронуть ее сердечко, ни один мускул не дрогнул на ее лице.


Глава 36

Министр Суддхартха вразумляет Кайкейи


Потомок Икшваку Глава 35 - «Рамаяны», раздавленный данным обещанием, глубоко вздохнул и обратился к Сумантре:

О колесничий, пусть могучая армия из 4 воинских соединений, собрав богатства, на данный момент же отчаливает аккомпанировать Рагхаву. Пусть красивые и сладкоречивые дамы и богатые Глава 35 - «Рамаяны» негоцианты украсят свиту молодого принца! Собери всех атлетов, развлекающих нас собственной силой, и дай Какутстхе хоть какое орудие, какое он изберет, также телохранителей, колесницы и охотников, которые знают лесные тропы. Убивая Глава 35 - «Рамаяны» антилоп и слонов и наслаждаясь одичавшим медом и красотой рек, он не будет мыслить о собственном королевском положении. Пусть все зерно и собранные мною сокровища хранятся у Рамы, пока он будет жить Глава 35 - «Рамаяны» в лесу. Совершая жертвоприношения в святых местах и раздавая классическую милостыню тамошним риши, он будет счастлив. Тем временем могучерукий Бхарата будет править Айодхьей. Снова я повелеваю для тебя окружить благословенного Раму всеми вероятными удобствами!

Слова Глава 35 - «Рамаяны» потомка Какутстхи ужаснули Кайкейи, она побледнела и чуть ли не задохнулась от злости; на грани обморока, с искаженным лицом королева высокомерно обратилась к царю:

Друг мой, Бхарата не воспримет королевство, лишенное Глава 35 - «Рамаяны» богатств и увеселений, как будто тусклое вино, утратившее вкус!

Правитель Дашаратха отвечал большеглазой Кайкейи, очень надменно произнесшей настолько бесстыжие слова:

О грешная и мерзкая дама, взвалившая на меня настолько тяжкое Глава 35 - «Рамаяны» бремя, почему ты продолжаешь истязать меня? Как далековато еще ты зайдешь в собственных желаниях?

Эти слова негодования только удвоили гнев Кайкейи, и она произнесла:

Я слышала, в вашей династии правитель Сагара сослал собственного старшего отпрыска Глава 35 - «Рамаяны» Асаманджаса в лес; пусть и Рама идет точно так же!

Негожая! – кликнул правитель Дашаратха, и все вокруг устыдились, но королева оставалась непоколебимой.

Тогда и престарелый министр по имени Сиддхартха произнес Глава 35 - «Рамаяны» Кайкейи:

Асаманджас взял малеханьких малышей, которые игрались на улице и, злостно развлекаясь, бросил их в реку Сараю. Правитель спросил собственных подданных:

“Что ужаснуло вас?” И они отвечали: “У Асаманджаса помутился разум Глава 35 - «Рамаяны» и он бросил наших деток в реку Сараю, когда они забавлялись своими играми. Эта беспощадность доставила ему величавую удовлетворенность”. Услышав это, монарх выгнал виноватого отпрыска ради ублажения собственных людей:

Немедля погрузите его вкупе с Глава 35 - «Рамаяны» супругой на повозку и отправьте в лес, где он проведет оставшуюся жизнь.

С корзиной фруктов в руках Асаманджас бродил по крутым горам, как правонарушитель. Вот почему добродетельный правитель Сагара выгнал его Глава 35 - «Рамаяны». Но что отвратительного сделал Рама, за что его ссылать в лес? Мы не лицезреем в Рагхаве ни одного недочета, как нереально отыскать пятна на идеальной луне! Все же, о королева, если ты знаешь некий Глава 35 - «Рамаяны» порок в Рагхаве, скажи о нем, и Рама уйдет в лес справедливо. Прогнать того, кто невинен и идет праведным методом, настолько грешно, что самого Шакру лишило бы великолепия! Не завидуй благоденствию Глава 35 - «Рамаяны» Рамы, о красивая королева, напротив, берегись всеобщего осуждения!

Выслушав Сиддхартху, правитель слабеньким и глухим от горя голосом произнес Кайкейи:

Ты пренебрегаешь словами моего министра, о грешная, так как не знаешь, что Глава 35 - «Рамаяны» сулит благо для тебя либо мне; опускайся все ниже, идя методом зла; ты плохо ведешь себя, отступив от правды! Я сейчас же последую за Рамой, отказавшись от королевства, великолепия и богатства. Правь Глава 35 - «Рамаяны» совместно с Бхаратой и услаждайся королевством в свое наслаждение!


Глава 37

Рама, Лакшмана и Сита надевают одежки из древесной коры. Васиштха пробует отговорить Ситу от ее намерения


Выслушав речь министра, Рама, преисполненный уважения, произнес царю:

Я Глава 35 - «Рамаяны» отрекся от всех удобств, чтобы жить в лесу, поддерживая себя тем, что можно там отыскать; о сударь, для чего мне армия и все другое, если я покинул общество людей Глава 35 - «Рамаяны»? Тот, кто приносит в жертву ценного слона, не позволит для себя сожалеть о его подпруге; куда использовать сбрую, лишившись слона величавой цены? О наилучший посреди людей, о властелин земли, для чего мне армия Глава 35 - «Рамаяны»? Я лишился всего; пусть принесут мне только одежки из древесной коры; пусть принесут мне только две вещи – лопату и корзину, которые понадобятся мне все четырнадцать лет, что я проведу в лесу.

В тот же Глава 35 - «Рамаяны» момент Кайкейи в присутствии всего собрания сама нескромно подала Рагхаве древесную кору: “Одень ее!” И этот тигр посреди героев, взяв два кусочка коры, снял с себя дорогие наряды, чтобы облачиться в одежку Глава 35 - «Рамаяны» аскета.

Потом Лакшмана снял свои дорогие одежки и в присутствии отца наделся монахом.

Сита, облаченная в шелк, вздрогнула, лицезрев приготовленную для нее древесную кору, как будто лань, заметившая силок охотника. Со Глава 35 - «Рамаяны» смущением и негодованием Джанаки приняла из рук Кайкейи два вида одежки, изготовленной из травки куша, и глаза ее заполнились слезами. Верная долгу, она обратилась к собственному государю, который напоминал царя гандхарвов:

Как Глава 35 - «Рамаяны» аскеты, живущие в лесу, носят свою кору?

Не ведая о тех обычаях, Сита никак не могла закрепить на для себя эту одежку. Поместив вокруг шейки один конец, дочь Джанаки держала в Глава 35 - «Рамаяны» руках другой и беспомощно стояла в замешательстве, пока Рама, наилучший посреди добродетельных людей, не подошел и сам не завязал кору поверх ее шелковых облачений.

Видя, как именитый Рама помогает Сите одеть кору, дамы во Глава 35 - «Рамаяны» внутренних покоях разразились слезами и горестно обратились к Раме бескрайней славы:

О драгоценное дитя, почетная Сита не сотворена жить в лесу; послушливый воле отца ты навечно уходишь, но позволь Глава 35 - «Рамаяны» ей остаться с нами, нам в утешение, о государь! Иди в лес с Лакшманой, взяв его своим спутником, о дорогой отпрыск; эта хрупкая царевна не способна жить в лесу, как отшельница! О Глава 35 - «Рамаяны» дитя, яви нам свою милость, пусть красивая Сита остается. Верный собственному долгу с этого денька ты не желаешь жить тут!

Слушая дам, отпрыск Дашаратхи посодействовал настаивавшей на собственном Сите одеться. Когда она стала Глава 35 - «Рамаяны» в 2-ух кусочках коры, духовный учитель царя, Васиштха, плача, попробовал отговорить ее, и произнес Кайкейи:

О высокомерная, нечуткая королева, о оскорбительница рода, ты околпачила царя и сейчас перебежала все пределы! Нет, божественная Сита Глава 35 - «Рамаяны» не должна идти в лес, о бесстыжая дама, пусть она правит заместо Рамы!

Супруга – половина супруга, это та 2-ая половина, которая правит королевством. Если Ваидехи уйдет в лес совместно с Глава 35 - «Рамаяны» Рамой, мы пойдем за ними, так же как и весь город. Стражники, охраняющие внутренние покои, пойдут за Рагхавой и его женой, так же как и все королевство с его сокровищами и городками, полными людей Глава 35 - «Рамаяны». Бхарата и Шатругхна, тоже надев древесную кору, будут аскетами жить совместно со своим старшим братом, Какутстхой. Оставайся одна с деревьями и правь королевством, лишенным людей, о грешная дама, всем принесшая Глава 35 - «Рамаяны» разрушение. Знай, королевство, где Рама – не правитель, не королевство! Лес станет настоящим королевством, так как там будет жить Рама! Бхарата не захотит править империей, которую отец никогда не давал ему, как не Глава 35 - «Рамаяны» станет жить под твоей опекой, если он поистине королевский отпрыск! Даже если ты убежишь на край земли либо неба, он не поступит по другому, так как отлично знает обычаи собственного рода!

Из материнского честолюбия Глава 35 - «Рамаяны» пытаясь возвысить собственного отпрыска, ты оскорбляешь его, потому во всем королевстве не остается никого, все пойдут за Рамой! С этого самого денька, о Кайкейи, ты будешь созидать только стада овец, тигров Глава 35 - «Рамаяны», оленей и птиц, которые следуют за Рамой, даже деревья будут клониться в его сторону!

Потому о королева, надень на свою сноху драгоценные камешки и позволь ей взять с собой красивые колесницы Глава 35 - «Рамаяны», слуг, одежки и все нужное, чтоб жить с Рагхавой в лесу.

Пытаясь защитить Ваидехи, Васиштха произнес:

О дочь царя Кекайи, ты добивалась, чтоб Рама жил в лесу аскетом, но это не касается Ситы!

Так Глава 35 - «Рамаяны» гласил наилучший посреди аскетов, духовный учитель царя непревзойденного могущества, но Сита осталась тверда в намерении служить собственному возлюбленному государю.


Глава 38

Рама просит отца покровительствовать Каушалье


Видя Ситу в одеждах из древесной коры и Глава 35 - «Рамаяны» как будто лишившуюся опоры невзирая на присутствие супруга, люди произнесли царю: “Горе для тебя!” Посреди этого шума монарх, потомок династии Икшваку, жарко вздыхая, обратился к супруге собственной Кайкейи:

Эта красивая Глава 35 - «Рамаяны» молодая царевна, привыкшая к покою и роскоши, не сумеет жить в лесу; мой гуру гласит правду. Кому и чем причинила зло эта благословенная дочь самого добродетельного из монархов, что сейчас она должна надеть Глава 35 - «Рамаяны» на себя древесную кору и жить в почаще леса, как будто черный аскет? Пусть дочь Джанаки снимет эту кору, я никогда не позволю ей надеть ее!

Если желает, царевна может идти в лес, но Глава 35 - «Рамаяны» обеспечив себя всем нужным и сверкающая драгоценностями. Грозная необходимость принудила меня дать настолько ожесточенное распоряжения, но я не способен вынести его. Ты в собственном безумии вытребовала этого! Знай, этом ты не Глава 35 - «Рамаяны» добьешься блага, как цветочки бамбука высушивают его (сноска 1, 259)! Допустим, Рама кое-чем провинился перед тобой, но в чем ты упрекаешь Ваидехи, о злое создание? Что сделала для тебя дочь Джанаки с очами Глава 35 - «Рамаяны», как у лани, всегда мягенькая, достойная почитания?

В угоду для тебя мы изгнали Раму, о грешная, почему же ты умножаешь наши муки? Разве я не подтвердил приказ, который ты при мне отдала Раме Глава 35 - «Рамаяны», когда он пришел сюда, готовясь к коронации? Ты не боишься пойти в ад, требуя большего и заставляя Маитхили надеть кору?


Злосчастный правитель Дашаратха не лицезрел предела собственному горю и Глава 35 - «Рамаяны», сокрушаясь о отпрыску, без эмоций повалился на пол.

Рама, готовый отправиться в лес, отвечал папе со склоненной головой:

– О добродетельный правитель, моя почетная и престарелая мама Каушалья не может поступить непочтительно и Глава 35 - «Рамаяны» поэтому не обращалась к для тебя, но изгнание мое ввергло ее в океан горя! О благородный сударь, до сего времени она не знала страданий; хлопочи же о ней с двойным вниманием. О правитель, могуществом Глава 35 - «Рамаяны» не уступающий Индре, утешь мою мама, для которой я был единственной отрадой, чтобы в мое отсутствие она от горя не рассталась с жизнью и не ушла в обитель Ямы.


Глава 39

Они готовятся уйти Глава 35 - «Рамаяны» в лес


Услышав слова Рамы и видя его в одеждах аскета, правитель и его супруги были потрясены. Преисполненный горя монарх не смел посмотреть на Рагхаву, он не способен был поднять на него глаза Глава 35 - «Рамаяны» либо произнести хоть слово. Теряя сознание и опять приходя в себя, правитель сокрушался о Раме:

– Наверняка, до этого я лишил многих живых созданий их потомства либо навредил им кое-чем Глава 35 - «Рамаяны», если на данный момент оказался в таком положении. Непременно, еще не пробил час, чтоб актуальный воздух покинул мое тело, раз измученный Кайкейи я не чувствую приближения погибели, но вижу моего отпрыска, который Глава 35 - «Рамаяны», подобно Паваке, стоит передо мной, сбросив с себя богатые облачения и облачившись в одежки аскета. Одним этим поступком Кайкейи, преследующая только своим благо, навлекла на всех людей несчастье!

Вздыхая, теряясь и крича “Рама Глава 35 - «Рамаяны»! Рама!” правитель не способен был продолжать.

Придя в себя через некое время он с очами полными слез произнес Сумантре:

– Запряги наилучших жеребцов в мою колесницу и отвези Раму, этого величавого героя, к Глава 35 - «Рамаяны» границам королевства. Добродетельные люди сейчас произнесут: “Такая заслуга за добродетель: неплохой человек изгнан в лес своими папой и мамой!”

По воле царя Сумантра стремительно запряг жеребцов в богато украшенную колесницу Глава 35 - «Рамаяны» и пошел за Рамой. Со сложенными ладонями он обратился к принцу, сообщая, что колесница, вкрапленная золотом и запряженная наилучшими скакунами, ждет его.

Идеальный правитель призвал собственного казначея и, зная время и происшествия, распорядился Глава 35 - «Рамаяны»:

– Принеси всю нужную богатую одежку и драгоценности для Ваидехи!

Слуга повиновался и скоро возвратился с одеждами для Ситы. Красивая Ваидехи, готовая отправиться в лес, украсила свои идеальные члены драгоценностями, своими пышноватыми одеждами осветила Глава 35 - «Рамаяны» весь дворец, как будто восходящее солнце, озаряющее небесный свод.

Королева Каушалья обняла Маитхили и поцеловала в лоб, а позже обратилась к ней, деве идеального характера:

– Во всех мирах грешные дамы, даже лаского возлюбленные Глава 35 - «Рамаяны», отторгают собственных супругов, когда фортуна отворачивает от их. Такая природа тех, кто изведав величайшее удовольствие, осуждает либо даже покидает мужей собственных в неудаче. Грешной природы, презренные и бессердечные, эти Глава 35 - «Рамаяны» злостные дамы в один момент свирепо разрывают хранимые до этого узы. Ни домашняя забота, ни доброе отношение, ни мудрость либо достояние, ни даже привязанность не задерживают сердца таковой дамы, лишенной любви. Но добродетельные Глава 35 - «Рамаяны», верные долгу, справедливые, послушливые и почтенные лицезреют в собственных покровителях высший путь спасения. Потому не покидай моего отпрыска, хоть он изгнан в лес; в горе либо в радости он – бог тебе.

Сита Глава 35 - «Рамаяны», понимая глубочайший смысл этих слов, созвучных долгу и сулящих благо, отвечала собственной свекрови, стоя перед нею со сложенными ладонями:

– Я сделаю все, что бы ни повелел мой государь; я знаю свои Глава 35 - «Рамаяны» обязанности перед супругом, нет необходимости наставлять меня. О красивая, не ассоциируй меня с обыкновенной массой; я не способна пренебречь своим долгом, как Прабха – покинуть Чандру (сноска 1, 261)! Как вина не может звучать без Глава 35 - «Рамаяны» струн, а колесница – ехать без колес, так супруга не ведает счастья без супруга, даже имея 100 отпрыской! Отец, брат и отпрыск приносят счастье, но супруг – это источник бескрайней радости. Как могу я, о королева, услышав от Глава 35 - «Рамаяны» тебя о тех исключительной добродетели женщинах, попрать свои бессчетные обязанности либо проникнуться презрением к моему властелину, которого почитаю как бога?

Тронутая словами Ситы, чистосердечная Каушалья позволила слезам радости и горя покатиться Глава 35 - «Рамаяны» по своим щекам, и добродетельный Рама, смотря на нее, окруженную уважением, в присутствии других королев со сложенными ладонями обратился к мамы:

– Дорогая мама, не надо предаваться скорби, похлопочи о моем отце; изгнание мое Глава 35 - «Рамаяны» скоро завершится, эти четырнадцать лет пропархают тебе, как сон, и ты узреешь меня в кругу друзей на верхушке счастья!

Утешив мама, Рама направил собственный взгляд на триста 50 супруг собственного отца и Глава 35 - «Рамаяны» со сложенными ладонями согласно дхарме произнес тем королевами, окутанным горем:

– Если я, живя посреди вас, кое-чем не желая оскорбил кого-либо, прошу, простите меня!

От этих кротких слов, исполненных благородства Глава 35 - «Рамаяны», королевы опечалились еще более и подняли одичавший вой. Дворец Дашаратхи, этого индры посреди людей, до этого оглашавшийся ударами гонгов и барабанов, как будто раскатами грома, сейчас заполнился криками и причитаниями.


Глава Глава 35 - «Рамаяны» 40

Отъезд Рамы


Рама, Сита и Лакшмана со сложенными ладонями задели стоп царя и грустно обошли вокруг него. Простившись с монархом, добродетельный Рагхава, сопровождаемый Ситой, дал дань уважения мамы, разбитой горем; Лакшмана, также следуя за Рамой, выразил Глава 35 - «Рамаяны» уважение Каушалье и коснулся стоп собственной мамы, Сумитры.

Желая отпрыску счастья, Сумитра, поцеловав его в лоб, произнесла доблестному Лакшмане:

– Отлично, что ты будешь жить в лесу, что ты так предан Глава 35 - «Рамаяны» своим друзьям! О отпрыск мой, никогда не покидай Раму, собственного брата, все четырнадцать лет, куда бы он ни пошел. В неудаче ли, в радости, он – твое прибежище, о идеальный принц; в этом Глава 35 - «Рамаяны» мире поистине добродетельные почитают старших; в традициях этой семьи не только лишь раздавать милостыню и проводить жертвоприношения, но так же отдавать жизнь свою в сражении.

Сказав так Лакшмане, полностью преданному Рагхаве, Сумитра воскрикнула:

– Иди Глава 35 - «Рамаяны», иди!

И добавила:

– Знай, с этого момента Рама поменяет для тебя Дашаратху, дочь Джанаки, меня, а лес – Айодхью! Иди, отпрыск мой, пусть фортуна не покидает тебя!

Сумантра, с величавым уважением поклонившись Какутстхе Глава 35 - «Рамаяны», как будто Матали

Васаве, произнес:

– Взойди на колесницу и будь счастлив, о именитый принц, о Рама, я отвезу тебя, куда ты пожелаешь. Начиная с нынешнего денька ты должен четырнадцать лет провести в Глава 35 - «Рамаяны» лесу, если покоряешься воле королевы!

Сита первой с веселым сердечком взошла на колесницу, сиявшую как солнце; эта красивая дева была в богатых одеждах. Правитель Дашаратха повелел положить в колесницу все Глава 35 - «Рамаяны» виды орудия и доспехов для 2-ух братьев, также лопату и шкуру антилопы. Потом Рама и Лакшмана поднялись на эту зияющую как огнь колесницу, украшенную золотом шамикара. Как они сели совместно с Ситой, Сумантра с размаху Глава 35 - «Рамаяны» хлестнул собственных потрясающих жеребцов, стремительных, как ветер.

Рама отчаливал в длительное изгнание в безграничный лес. Весь город окутал кошмар, люди и животные преисполнились волнения, слоны опьянели от течки, а жеребцы Глава 35 - «Рамаяны» ржали из-за величавого бедствия. Все обитатели Айодхьи совместно с детками и стариками, неутешные, бежали за Рамой, как истомленный жаждой человек бежит к воде. Большущее человеческое море беспокоилось вокруг колесницы, впереди нее Глава 35 - «Рамаяны» и сзади, все лица были влажны от слез. Через рыдания люди орали Сумантре:

– О колесничий, подержи жеребцов! Правь медлительно, медлительно! Мы желаем узреть лицо Рамы, так как скоро мы лишимся его! Непременно Глава 35 - «Рамаяны», сердечко мамы Рамы изготовлено из железа, раз оно не разорвалось, когда этот герой, схожий потомку богов, отправился в лес! Верная долгу Ваидехи последовала за своим государем, как будто тень. В собственной преданности долгу Глава 35 - «Рамаяны» она более не покинет его, пока солнечный свет освещает гору Меру! Ах! Лакшмана, ты достигнул цели собственной жизни, так как сопровождаешь брата, красивого, как бог, чьи слова всегда миролюбивы. Ты Глава 35 - «Рамаяны» поистине мудр и удовлетворенность твоя велика; идя прямо за Рамой, ты проложишь для себя путь на небеса!

Не способен сдержать слез, люди шли за возлюбленным потомком Икшваку.

Правитель, окруженный рыдающими женами, смотрел из дворца.

– Я Глава 35 - «Рамаяны» желаю снова узреть моего возлюбленного отпрыска! – воскрикнул он, и дамы, слыша это, разразились криками, как будто слонихи, видя, что их величавый слон в плену. Отец Рамы, царственный и престарелый потомок Какутстхи Глава 35 - «Рамаяны», лишился собственного великолепия, как будто полная луна в период затмения.

Благословенный Рама, отпрыск Дашаратхи, непостижимая душа, поторопил колесничего:

– Быстрей! Быстрей!

Если Рама орал: “Гони!”, то масса ревела: “Стой! Остановись!”, – и Глава 35 - «Рамаяны» колесничий не знал, как поступить. Как могучерукий Рама вырвался вперед, масса в слезах повалилась в пыль, поднятую его колесницей. Изнуренная рыданиями масса сокрушалась об уходе Рамы и орала в величайшем горе: “Как досадно Глава 35 - «Рамаяны» бы это не звучало! Как досадно бы это не звучало!” Слезы дам перевоплотился в потоки, как будто вода, стекающая с лотосов, когда прыгает рыба.

Видя город, погруженный в печаль, известный монарх от горя растерял Глава 35 - «Рамаяны» сознание, подобно древу, вырванному с корнем. Величавый крик скорби раздался у Рамы за спиной, когда люди узрели монарха собственного без сознания, на верхушке горя. Видя, как правитель рыдает посреди собственных Глава 35 - «Рамаяны» супруг, некие в сочувствии звали: “О Рама!”, а другие: “Каушалья!” – и Рагхава, обернувшись, увидел царя, бешеного от горя, и мама свою, бежавшую за ним по дороге.

Как будто жеребенок, не способный последовать Глава 35 - «Рамаяны» за собственной мамой, Рама, связанный узами долга, не способен был этого вынести и, смотря на их, пеших, до этого всегда возвышавшихся на колесницах, не ведавших неудачи и привыкших к счастью, он кликнул Глава 35 - «Рамаяны» колесничему:

– Гони скорей!

Этому тигру посреди людей нестерпимо было созидать собственных ничтожных отца и мама, как слон не может стерпеть ударов стрекала. Как будто скотина, бегущая к собственному теленку, запертому в сарае, Каушалья Глава 35 - «Рамаяны» бежала за колесницей и, плача, орала: “Рама, Рама, о Сита, о Лакшмана!” И Рама внимательно смотрел на свою мама, кружившуюся из стороны в сторону, как танцовщица.

– Стой! Стой! – орал правитель Глава 35 - «Рамаяны».

Вперед, вперед! – орал Рагхава, и Сумантра не знал, что делать, как вояка, оказавшийся меж 2-мя противоборствующими силами.

Тогда Рама повелел:

– Испытание это множит мое страдание вне всяких пределов, я не могу его вынести Глава 35 - «Рамаяны»! Скажешь царю, что ты не слышал его, если он станет упрекать тебя!

Колесничий, послушливый воле Рамы, стегнул жеребцов, оставил сзади массу и помчался, как ветер. Люди, на уровне мыслей кланяясь этому Глава 35 - «Рамаяны» герою, застыли, провожая его очами.

Советники царя Дашаратхи произнесли:

– Не надо далековато провожать друга, если желаешь его возвращения!

От этих слов монарха, наделенного всеми добродетелями, прошибло позже, черты его исказились. Во власти горя он тормознул Глава 35 - «Рамаяны» совместно со своими женами, устремив потухший взор вслед ушедшему отпрыску.


Глава 41

Вся природа оплакивает уход Рамы


Как этот тигр посреди людей, отдав поклон с уважительно сложенными ладонями, удалился, дамы во внутренних покоях Глава 35 - «Рамаяны» дворца подняли величавый плач:

– Куда он ушел? Он был прибежищем, методом и покровителем собственных подданных, сейчас оставшихся без защиты, слабеньких и злосчастных. Где он сейчас, никогда не проявлявший гнева, разрешавший всякое Глава 35 - «Рамаяны» недопонимание, способный умилостивить всех, кто несет бремя выпавших на их долю страданий? Известный и благородный принц, относившийся к нам с таким же уважением, с каким он почитал свою мама, куда он ушел? Где Глава 35 - «Рамаяны» этот заступник всего мира, сейчас изгнанный в лес своим папой, понуждаемым Кайкейи? Как досадно бы это не звучало! В собственном безумии правитель, разрушитель всего живого, выгнал верного и добродетельного Раму в лес!

Так Глава 35 - «Рамаяны» сокрушались все королевы, как будто скотины, покинутые своими телятами, издавая пронзительные крики. Слыша эти душераздирающие невеселые клики из внутренних покоев, монарх, глубоко потрясенный уходом отпрыска, очень мучился.

С того момента, как Рама Глава 35 - «Рамаяны» ушел в лес, никто не разводил жертвенного огня, в домах не готовили еду, случилось солнечное затмение, слоны швыряли кусочки еды, только взяв ее в рот, скотины, не хотя подкармливать собственных телят Глава 35 - «Рамаяны», не подпускали их к для себя. Тришанку, Лохитанга, Брихаспати, Будха и другие планетки, чей путь лежал к луне, встали и приняли неблагоприятное, сулящее неудачу положение; звезды закончили мелькать, а планетки, утратившие Глава 35 - «Рамаяны» сияние, сошли со собственных орбит и чуть различались на небесах. Длительная гневная буря поднялась в океане, землетрясение громило городка. Все стороны света погрузились во тьму, не было видно ни созвездий, ни планет Глава 35 - «Рамаяны», ни звезд.

Лишившись основного источника жизни, все обитатели столицы стали ко всему безразличны, более не принимая еды и не ища развлечений. Окутанные горем, они глубоко и жарко вздыхали, вся Айодхья пребывала Глава 35 - «Рамаяны» в замешательстве из-за ухода Господа земли.

Лица людей были влажными от слез, они бродили близ королевской дороги, и посреди их не было ни проблеска радости, напротив, все пребывали во власти печали. Ветерок не Глава 35 - «Рамаяны» стал дуть, и охлаждающий лунный свет более не дарил благодати, солнце не давало земле тепла, вся вселенная пребывала в волнении.

Сыновья не хлопотали более о собственных родителях, так же как супруги – о супругах Глава 35 - «Рамаяны», а братья – о сестрах. Все покинули тех, кого обожали до этого, полностью погрузившись в мысли о Раме. Друзья Рагхавы обезумели и под бременем собственных страданий не могли отыскать для себя Глава 35 - «Рамаяны» места. В страхе и горе земля со всеми ее горами, лишившись этого благородного героя, зловеще вздрагивала, как до этого покинутая Пурамдарой. Величавое волнение правило в этом городке, полном слонов, воинов и жеребцов.


Глава 42

Плач Глава 35 - «Рамаяны» царя Дашаратхи


Пока видно было скопление пыли, поднятой колесницей Рамы, правитель не сводил с него пристального взора. Не видя более возлюбленного отпрыска бескрайней добродетели, правитель Дашаратха стоял и смотрел ему Глава 35 - «Рамаяны» вослед, и когда пыль улеглась на дороге, злосчастный монарх, сраженный горем, без эмоций повалился наземь.

Тогда Каушалья подошла к нему справа, а Кайкейи с узким станом слева, но правитель, наделенный мудростью, добродетелью и благоразумием, лицезрев Глава 35 - «Рамаяны» около себя королеву, с величавым волнением произнес:

О злостная Кайкейи, не касайся меня! Я не желаю тебя созидать! Ты больше мне не супруга и не родственница. Я неподвластен для тебя, я отрекаюсь Глава 35 - «Рамаяны» от тебя, поправшей мою власть ради собственных целей! В этом мире и в последующем я порываю узы, в которые вступил с тобой, взяв твою руку и обойдя жертвенный огнь. Если Бхарата Глава 35 - «Рамаяны», обретя это вечное королевство, преисполнится радости, пусть он не приближается к моему погребальному костру!

Божественная Каушалья, преисполненная горя, посодействовала царю, покрытому пылью, подняться. Добродетельный монарх, думая о отпрыску, ощущал полное опустошение, как будто Глава 35 - «Рамаяны» человек, убивший брахмана либо сунувший руку в огнь.

То и дело оглядываясь, он останавливался и смотрел на следы колесницы. Лицо его было темным, как будто солнце, сокрытое Рагху (сноска1, 268).

Горестно думая о Глава 35 - «Рамаяны» возлюбленном отпрыску, понимая, что он изгнан из городка, правитель произнес:

Я вижу следы от копыт тех потрясающих жеребцов, что унесли мое дитя, но я не вижу того благородного героя! Наилучший посреди Глава 35 - «Рамаяны» моих сынов, он спал в роскоши на покрывалах, окропленных сандалом. Тот, кого красивые дамы обмахивали опахалами, сейчас посиживает под деревом, спиной делая упор на ствол, либо отдыхает на камне. Злосчастный, сейчас он Глава 35 - «Рамаяны» будет пробуждаться на жесткой земле, весь в пыли и дыша, как бык либо слон, взбирающийся на склон холмика. С этого денька обитатели лесов увидят этого длиннорукого героя Раму, который подымается с земли Глава 35 - «Рамаяны» и бродит всюду, как будто лишившийся поддержки, хотя он является опорой всего мира! Любовь дочь Джанаки, привыкшая к роскоши, изнуренная, будет продираться через тернии; не привыкшая к лесу, она будет жить в Глава 35 - «Рамаяны» неизменном страхе, слыша устрашающий рев одичавших животных, от которого волосы встают стоймя. О Кайкейи, будь довольна, живи в королевстве вдовой, так как я не способен жить вдалеке от этого тигра посреди людей Глава 35 - «Рамаяны»!

Сокрушаясь, правитель, окруженный своими людьми, как будто человек, только-только совершивший омовение после погребального ритуала, возвратился во дворец. Видя, что город с его красивыми домами и дорогами окутан горем, что скверы и рынки Глава 35 - «Рамаяны» полны изнуренных и скорбящих людей, а королевская дорога пуста, правитель, думая о Раме и плача, вошел в собственный дворец, как солнце заходит в скопление. Дворец в отсутствие Рамы, Лакшманы Глава 35 - «Рамаяны» и Ситы казался озером, воды которого опустошены змеями Супарна. Монарх, вздыхая и дрожа, шепнул медлительно, слабо и грустно:

– Быстрее отведите меня в покои Каушальи, мамы Рамы; больше мне негде находить утешения!

Слуги проводили царя Глава 35 - «Рамаяны» к Каушалье, куда он вступил в полном замешательстве. Сердечко его неистово билось и он возлег на ложе. Без 2-ух сынов и невестки дворец казался царю небесами без луны и, величавый Глава 35 - «Рамаяны» монарх, воздев руки, звучно стенал:

– О Рама, ты покинул нас, твою мама и меня! Счастливы те, кто увидят возвращение Рамы и заключат его в свои объятия!

Наступила ночь, как будто пробил час погибели. В Глава 35 - «Рамаяны» полночь правитель Дашаратха обратился к Каушалье:

– О Каушалья, я более не вижу тебя, протяни руку, коснись меня. Мой взгляд, всегда обращенный к Раме, сейчас навеки прикован к нему!

Королева, видя монарха, полностью погруженного Глава 35 - «Рамаяны» в мысли о Раме, грустно присела рядом и стала рыдать и вздыхать, сочувствуя ему.


Глава 43

Плач Каушальи


Каушалья, видя на собственном ложе царя, раздавленного горем, и глубоко скорбя об ушедшем отпрыску, произнесла Глава 35 - «Рамаяны»:

– О тигр посреди людей, Кайкейи излила собственный яд на Рагхаву! Со змеиной походкой она будет сейчас ходить всюду, как будто змея, сбросившая кожу! Изгнав Раму и достигнув собственной цели, она, как Глава 35 - «Рамаяны» будто окаянная гадюка, будет все в большей и большей степени истязать меня в этом доме! Если б Рама остался в городке, идя от одной двери к другой и прося для себя Глава 35 - «Рамаяны» на хлеб! Это лучше, чем сделать его ее рабом! Рама лишился трона по прихоти Кайкейи, как будто части жертвоприношения, выброшенной священниками ракшасам в полнолуние!

Этот герой, походкой схожий царю слонов, могучерукий, вооруженный луком, сейчас Глава 35 - «Рамаяны» удаляется в чащу леса вкупе со собственной женой и Лакшманой. Что еще не считая жизни в лесу, остается ему, до этого не знавшему горя, но сейчас изгнанному в лес в угоду Кайкейи? Оставив Глава 35 - «Рамаяны» все драгоценности, эти молодые сотворения изгнаны в том возрасте, когда должны вкусить все радости жизни!

Как будут они жить в бедности, питаясь только фруктами и кореньями? Когда пробьет тот счастливый час, положив Глава 35 - «Рамаяны» конец моим печалям, и я увижу возвращающегося Рагхаву, его супругу и брата? Когда Айодхья, услышав о возвращении этих 2-ух героев, облачится в прекрасные гирлянды и знамена и опять расцветет Глава 35 - «Рамаяны» совместно со своими удовлетворенными жителями? Когда столица преисполнится счастья, подобно морю на полную луну, лицезрев тех 2-ух тигров посреди людей, возвращающихся из собственного уединения? Когда этот длиннорукий вояка возвратится в город Айодхью, везя Глава 35 - «Рамаяны» в колеснице впереди себя Ситу? Когда тыщи людей посыпят жареным зерном главную дорогу, по которой будут ворачиваться двое моих отпрыской, фаворитов собственных противников? Когда я увижу их, входящих в Айодхью, вооруженных луками Глава 35 - «Рамаяны», необычными клинками и сверкающих своими серьгами, как будто две горные верхушки? Когда те два принца вкупе с Джанаки обойдут город, принимая цветочки фрукты из рук молодых дев и сведущих брахманов? Когда этот благородный принц Глава 35 - «Рамаяны», согбенный под бременем мудрости и все таки юный как бог, возвратится, как будто подходящий и своевременный дождик? (сноска 1, 270) О герой, до этого из алчности я отгоняла телят от их матерей, когда Глава 35 - «Рамаяны» они желали сосать молоко, но сейчас я сама подобна корове, которую лев лишил ее возлюбленного теленка. О тигр посреди героев, Кайкейи принудила меня вспомнить ту корову, несправедливо разлученную с ее небольшим теленком! Нет Глава 35 - «Рамаяны», жизнь невозможна без моего единственного отпрыска, увенчанного всеми добродетелями и сведущего во всех традициях. Я не способен жить в разлуке с моим возлюбленным отпрыском, которого аккомпанирует Лакшмана, исполненный доблести. Этот Глава 35 - «Рамаяны» огнь разлуки истребит меня, о наилучший посреди повелителей, как землю, что пылает в лучах благословенного Сурьи!




glava-33-kurs-zhurfak-mgu-20122013-kovarnij-genij-zla-i-komandor-haosa-predstavlyayut.html
glava-33-obshie-polozheniya.html
glava-33-pomosh-ot-gruppi.html